Маяк Алтая

+7 (925) 700 03 02 - Москва
+7 (963) 518 80 60 - Алтай

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 
 
 
 

Религии Горного Алтая

E-mail Печать

 

Шаманизм  и христианство -  основные религии народов Горного Алтая, они тесно переплетаются между собой, давая новую пищу для размышлений исследователям Алтая...

Религии Горного Алтая -  Шаманизм.

Возвращаясь к анализу культурной сферы жизни Республики Алтай и ее народов – необходимо обратиться к ее религиозным основам, т.к. без веры ни один народ, ни одно общество существовать не могут. История не знает полностью безрелигиозных, атеистических обществ и народов. Нельзя представить ни одной человеческой жизни, которая не опиралась бы на определенный комплекс верований - от самых примитивных до сложнейших философских систем. Из сказанного вытекает, что вера, как и в ее современной идеологической ипостаси, так и в традиционной, была и остается важнейшей составной частью любой культуры.

Пожалуй, основной и самой древней религией Алтайского региона является шаманизм. Не смотря на увеличивающийся интерес к этой теме, по-прежнему нет единообразия в определении того, что такое шаманизм. Но наиболее часто встречается в научной литературе и в справочниках такое определение: "Шаманизм – одна из ранних форм религии, основанная на вере в существование духов, населяющих окружающий нас мир, и в особого посредника – шамана, избранного самими духами, обеспечивающего возможность вступления в контакт людей и этих духов, достигающего этого контакта путем погружения в состояние транса" Однако, надо сказать, что шаманизм многие ученые отказываются считать религией, говоря, что это явление «основывается на анимизме, или вере в духов-хозяев природных стихий и окружающих предметов». Так же, против того, что шаманизм – это религия свидетельствует тот факт, что шаманы часто существуют наряду с развитой религией и жречеством.

Можно попытаться кратко определить круг основных понятий, составляющих суть этого сложного многогранного явления. В одном источнике указано, что слово «шаман» правильно произносится как «ша-маан», пришло из эвенкского языка и имеет в нем значение «тот, кто знает». В другом источнике утверждается, что это слово произошло от тунгусского «саман». Шаманизм, шаманство. Первый термин западноевропейский, второй –  русский. Слова шаманизм и шаман приняты мировой наукой как научные термины. Однако, каждый народ своих шаманов называет по-своему: якуты - ойун; монголы – боге или удаган; казахи, киргизы, туркмены - баксы или бакши; буряты и монголы - бё; эскимосы - ангакок; семанги, а алтайцы, хакасы, тувинцы говорят – кам.

Первые сведения письменных источников о существовании шаманства относят ко второй половине 6 века, а начиная с 8 века, в них появляется и название жреца шаманских культов-кам. Во второй половине 1-го тысячелетия нашей эры «сформировались характерные особенности шаманских бубнов и костюмов у предков современных тувинцев». К началу 2-го тысячелетия нашей эры народов Южной Сибири и Монголии уже существовали развитые шаманские культы с таким характерным признаком, как наличие жреца – избранного для общения с духами, который во время камлания пользовался бубном, впадал в экстаз и этом состоянии «совершал поездки» в мир духов. Все культовые действия, которые совершал шаман, все результаты, которых он добивался, осуществлялись его духами, которых он призывал к себе в начале каждого камлания. Один из них сообщал ему причины болезни человека, позвавшего кама для лечения, указывали, где найти потерявшуюся «душу», если болезнь была вызвана у двойника заболевшего, другие помогали каму ориентироваться и передвигаться во время камлания в небесной сфере, на земле - по горам, хребтам, тайге; третьи охраняли его от злых духов, враждебных шаманов. Поэтому кам называл их условно панцирем или обручем, так как они обвивали его голову, туловище, руки и ноги. Некоторые из них доставляли жертву божеству или духу, неся сосуды с жертвенными напитками, ведя двойника жертвы, помогали пробраться к божеству или духу, вести с ним диалог. Одним словом, диапазон конкретной помощи и услуг духов каму был широким и разнообразным, охватывая всю его профессиональную культовую деятельность. Хотелось бы украсить наше исследование строками из алтайского героического эпоса «Маадай-КараКаан Кара-Кула .

«С утра Богатыря Кускун-Кара.
На чернокрылом скакуне
Послал, сказав, чтобы в стране,
Где вечно властвует Эрлик,
Он отыскал в единый миг,
Поворошив утробу гор,
Шамана с именем Тордоор

Когда вечерний пал туман,
Сквозь землю видящий шаман
Явился, бубен за спиной
Висел большой берестяной.
Дверь заперев, бревном припер,
Закрыл широкий дымоход,
Затем великий кам Тордоор
Кружиться начал над огнем.
Одежды шелестят на нем,
А бубен бухает, как гром,
На помощь духов он зовет...

Тастаракай к земле припал
И серой мышкой в тот же миг
В аил каан прибежал,
Сквозь шелку малую проник.
Он слышит, сидя в уголке,
Как на собачьем языке,
Как на коровьем языке
Тордоор лает и ревет -
Беседу с духами ведет.
Но вот остановился он.

В поту, камланьем утомлен».

Можно выделить характерные черты для раннего шаманства:

1.     Вера в существование высшего божества, образ которого ассоциировался с « голубым небом».

2.     Наличие обширного пантеона богов, представители которого в соответствии с дуалистической концепцией делились на две большие группы - злых и добрых духов.

3.     Кровавые жертвоприношения - в жертву приносились как животные, так и люди, ритуальные умерщвления совершал шаман.

4.     Практика предсказания будущего - насылание болезни или смерти на врагов; защита с помощью магии от злых духов.

5.     выявление предназначенности человека в шаманы по наличию способности впадать в состояние транса, которое считалось обязательным условием для общения с духами.

6.     Существование особой категории людей, как мужчин, так и женщин, которые совершали жертвоприношения, обслуживали похоронные обряды, лечили людей, гадали, были искусны в черной магии

7.     Использование при отправлении культов ударных инструментов, оружия, знаков власти, масок, головных уборов и ритуальной одежды.

8.     Почитание отдельных животных и птиц, а в частности, орла, яка, медведя, волка, тигра, якобы наделенных сверхъестественными силами.

9.     Вера в продолжение жизни после смерти человека. Считалась также, что небо и земля соединены длинной веревкой.

Исследователи выделяют три периода становления и развития шаманизма: ранний, средний и поздний. В первый период шаманы были искусны в магии, почитали богов верхнего мира, умели побеждать злых и плотоядных духов нижнего, а в среднем мире умилостивлять «хозяев земли». Во второй период они могли, сидя верхом на бубне, «путешествовать на небо, сгибать пальцами железо», обслуживать похоронные обряды. Наконец, третий период описывается как время взаимопроникновения, взаимовлияния буддизма.

Для человека существует три пути стать шаманом:

- передача традиции по наследству, из поколения в поколение;

- выбор этого человека какими-то внешними силами;

- собственный выбор этого человека и длительные поиски знаний. Этот путь встречается реже других, и традиционно такой шаман считается менее сильным, чем идущие первыми двумя путями.

Верящие в шаманство считают, что свой особый дар шаман наследует от предков, чаще по материнской, гораздо реже – по отцовской линии, кроме того, шаман должен быть избран духами. Так же, большую роль в развитии шамана из обычного человека может играть психический или духовный надлом, который часто сопровождается физическим увечьем или тяжелым заболеванием и который вылечивается самим шаманом. Но не смотря на подобный дар, шаман не может считаться «настоящим», если он не изучил два основных раздела конкретной шаманской традиции: экстатические практики - транс, сновидения и традиционные знания - шаманские приемы, названия и функции известных духов, мифология, генеалогия клана, тайный язык.

Но прежде, чем человек обретет шаманскую силу, заставляющую и людей и духов слушаться его, он проходит обряд «инициации - испытания и посвящения». Обряд довольно мучительный, длящийся от нескольких месяцев до нескольких лет. Внешне все проявляется в форме совершения поступков, непонятных прочим людям, нередко наводящих на мысли о психическом нездоровье человека. Существует даже специальный термин – "шаманская болезнь" – процесс, когда духи требуют от "избранного" ими человека согласия стать шаманом, а тот не хочет, сопротивляется. В ответ духи "ломают" его, угрожают, что нашлют болезнь или даже смерть на него, на его родных. А человек отказывается принять дар потому, что понимает, что, взяв на себя роль посредника между миром людей и миром духов, он уже не будет принадлежать себе. На него ложится тяжелая ответственность перед духами за людей, за их слабости и поступки. Он должен способствовать благосостоянию своих сородичей, оберегать их от бед, бескорыстно помогать каждому, кто нуждается в помощи. Как только тот, кого называют избранником духов, соглашается стать шаманом, "шаманская болезнь" быстро проходит.

Нельзя определённо сказать, каково представление шаманства о происхождении мира, божеств и людей: разнообразие воззрений разных народов велико. Но существует распространённое убеждение в том, что порядку этого мира предшествовал хаос, а затем был создан мир. В мифологиях разных народов упоминаются божества-близнецы: один добрый, другой злой. Они противостоят друг другу и в то же время дополняют один другого. В акте творения один делает доброе, полезное, другой вносит элемент дисгармонии, но и то и другое целесообразно. Например, по алтайским верованиям, «доброе небесное божество Ульгень сотворил человека, а Эрлик – божество нижнего мира – сделал так, что души людей после смерти находят своё пристанище в подземном мире».

На бубнах алтайских шаманов изображены так же два мира, разделённые тонкой границей. Если большая площадь бубна отведена миру небесному, на нем изображено солнце, птица, олень значит, шаман общается преимущественно с ним. Если большую площадь занимает мир подземный с изображениями луны, рыбы или медведя, значит, покровители шамана обитают там. Посмотрев на бубен, можно понять, что мир здешний, человеческий, шамана практически не интересует - он представлен на бубне тонкой линией. Соответственно, такое различие в ритуальной символике разделяет шаманов на «белых» - т. е. связанных с верх­ним миром, и «чёрных» - приверженцев нижнего мира. Соответствия прослеживаются и в ритуале. Шаман, имеющий помощни­ков и покровителей в верхнем мире, во время камлания изображает подъём на вершину дерева или горы, и наобо­рот, если шаман связан с миром ниж­ним, ритуал будет изображать спуск, например, через дыру в земле.

Необходимо подробнее проанализировать бубен, костюм, шаманское дерево. Они являются «двойниками» шамана и входят в перечень обязательных предметов, которые сопровождают действия шамана – у каждого свое назначение, своя функция.

Бубен шамана – не просто музыкальный инструмент. Для него он еще и ездовое животное – олень или конь, на котором шаман переносится в мир духов. У некоторых народов бубен осмыслялся как лодка, на которой шаман плывет по мифической реке времени. Кроме того, в шаманском мире бубен считают душою шамана. У народов Алтая шаман, как правило, всегда имел несколько бубнов в своей жизни, но не одновременно, а один вслед за другим. Как только менялся статус шамана, и он восходил на очередную более высокую ступень, ему полагалось сделать новый бубен. Каждый бубен непременно проходил обряд "оживления", состоявший из нескольких этапов. Сначала шаман "оживлял" дерево, обычно это береза, из которой делают обод и рукоятки бубна. "Оживший" обод через шамана рассказывал участникам обряда о том периоде своей жизни, когда он жил в виде дерева в лесу, как потом его срубили, как сделали из него обод для бубна.  Следующая стадия – "оживление" того животного, чья шкура пошла на обтяжку бубна. На это использовали шкуру оленя, марала или лося. "Ожившее" животное через шамана рассказывало участникам обряда, как оно привольно жило и резвилось в тайге, как его убил охотник, а потом был сделан из шкуры бубен. Животное обещает, что тоже будет служить своему хозяину-шаману. Готовый бубен покрывали рисунками, о которых мы говорили выше. Иногда к ободу или рукоятке бубна привешивали металлические изображения духов – данный нюанс очень хорошо виден на фотодокументе, где крупным планом запечатлен шаман с бубном, исполняющий обряд. Он в национальной одежде: шапка украшена ракушками, бусинами, перьями; плащ расшит орнаментами, колокольчиками; на оборотной стороне бубна привязано множество ленточек и среди них виднеется голова идола из металла. Как нам кажется – это самая яркая и репрезентативная фотография, из выявленных нами по данной тематике. Стоит отметить, что никогда никому бубен не передавался по наследству, считается, что сила шамана не умирает вместе с ним, а остается жить, заключенная в его бубне, а если к этой силе прикоснется непосвященный, она может вызвать у него психическое заболевание или даже убить. Таким образом, после смерти шамана с бубном поступали по-разному: могли укрепить на дереве возле могилы шамана, могли вместе с другими его вещами спрятать в специально построенном для этого маленьком домике – "доме духов".

Вторым двойником шамана считается его костюм. Полный шаманский костюм включал в себя плащ, штаны, сапоги, рукавицы, головной убор, повязку с прорезями для глаз, что-то вроде мягкой маски на лицо. Весь целиком костюм у шамана появлялся не сразу. Он "обрастал" им постепенно, по мере того, как доказывал свою опытность в общении с духами. Духи как бы дают шаману разрешение на очередную деталь костюма. Считается, что костюм шамана связан с его душой и жизнью так же, как бубен. Случайная, а тем более намеренная порча костюма может привести к гибели шамана.

Нам не удалось найти ни одной фотографии на которой шаман был бы изображен в полном одеянии, возможно, это связано с тем , что достичь таких высот мало кому удается.

И, наконец, шаманское дерево – третий двойник. Чаще всего – это растущее в лесу дерево, которое шаман выбирал себе сам, по каким-то одному ему ведомым признакам. Считается , что если оно вдруг начинало сохнуть, шаман заболевал, если дерево срубали, шаман погибал.

Общение шамана с духами – камлание – происходит в состоянии транса. Этот французский термин трактуется как «помрачение сознания, отрешенность, самогипноз». Часто для описания состояния, в котором находится шаман, используют и другой термин – «экстаз – греческое слово, означающее исступление, воодушевление, особое состояние, присущее поэтам и провидцам». Чтобы добиться состояния транса, шаман использует самовнушение, концентрирует волю, мобилизует психические и физические силы.

Обряды, которые проводит шаман, бывают разными. Некоторые из них просты, не занимают много времени, не требуют ни бубна, ни ритуальной одежды. Но классический обряд, для исполнения которого шаман должен быть «в полной форме», предполагает путешествие в мир духов. Шаман изо­бражает это путешествие по ходу об­ряда и движениями, и песнопениями, так что участники ритуала полностью представляют себе, с каким духом в тот или иной момент встречается ша­ман, какие препятствия преодолевает, что замыслил. Можно даже сказать, что у шаманского ритуала есть свой сценарий. По крайней мере, участники обряда в общих чертах знают, что им предстоит увидеть, когда они идут в дом, где состоится камлание. «Те, кто наблюдал поведение шамана во время камлания, отмечают такие явления, как конвульсии, выпученные глаза, пену у рта, обмороки, припадки». На основании таких свидетельств многие стали считать шаманов психически больными людьми. Однако во время транса шаман, как правило, не теряет связь с теми, кто присутствует на сеансе. По ходу дела нередко поясняет, где в данный момент он находится и что видит – пишет Потапов Л. П. в своем исследовании. Вместе с тем ритуал не повто­рялся в точности каждый раз. От­правляться в мир духов шамана за­ставляли разные причины, его путь лежал к разным духам, следовательно, обстоятельства его путешествия не были всегда одинаковыми; это отра­жалось и в особенностях обряда.

Камлания совершались в разных местах – и под открытым небом, и в жилище, и даже в специально возве­дённой постройке.

Получается, что в шаманском мире все одухотворено и взаимосвязано. Шаман – живой человек, его бубен, костюм, дерево – тоже живые существа. С их помощью шаман обращается к миру духов, через их посредничество духи вселяются в шамана. Гибель любого из звеньев в этой взаимосвязанной цепочке приводит к гибели их всех.

 

Религии горного Алтая - хрестианство.

Если алтайский шаманизм делится на «черный» и «белый», то христианство так же представлено двумя ветвями: православием и старообрядчеством.

19 век открыл новую страницу в миссионерском служении Русской Православной Церкви. И, без преувеличения, золотыми буквами в историю миссионерского движения эпохи вписано имя Макария - Глухарева, основателя Алтайской миссии, "романтического миссионера", как однажды назвал его Московский святитель. Сама же деятельность Алтайской миссии и при ее первом начальнике, и при его преемниках справедливо оценивается как "один из самых героических и святых эпизодов в нашей истории".

Прибыв в Горный Алтай в 1830 году, Архимандрит Макарий, первый миссионерский стан организует селе Майма. Позднее центром Миссии станет Улала. В конце 30 годов 19 века томский купец-златопромышленник М.Е. Шебалин предложит преподобному Макарию свою помощь в строительстве каменной церкви в Майме, и до самого завершения своего пребывания на Алтае преподобный Макарий будет принимать самое живое участие в проектировании, планировании работ и строительстве церкви в Майме, можно утверждать, что майминская церковь – детище прподобного Макария.

Вторым миссионерским станом, вторым «корнем» православия на Алтае - является православных храм в Чемале, который имеет еще более интересную историю, как, впрочем, и сам остров на котором он был построен. История этого храма начинается после первого отъезда Макария, в местности, отдаленной от села Майма всего лишь на 100 км, но являющейся по тем временам глушью Алтая – в селе Чемал. Итак, в 1842 году в горной глуши на берегах Катуни с согласия местных кочевников-калмыков поселились 30 крестьянских семей из Смоленской волости Бийского уезда. К этому времени «крылатая птица Православия», по выражению основателя Алтайской Духовной Миссии архимандрита Макария (Глухарева), уже парила над Горным Алтаем. И одним из первых станов, созданных после Майминского, стал Чемальский. Он возник там вместе с первым, построенным в виде походной церкви, Иоанно-Богословским храмом в 1849 году. В 8 августа 1855 года, обозревая епархию, в Чемал прибыл только что назначенный епископ Парфений. 

Радости местных жителей, увидевших в такой глуши, вдали от дорог и больших поселений, владыку - не было предела. Уже на следующий день святитель, отслужив водосвятный молебен в Иоанно-Богословском храме, переплыл на небольшой скалистый остров, который был напротив стана. Остров этот как громадный камень стоял посреди бурной красавицы - Катуни. Подплыть к нему можно было и тогда, и сегодня только с одной стороны. Епископ Парфений остров освятил, при этом архиерей сделал собственноручную надпись на камне: «1855 года августа 9-го дня, на память святого апостола Матфия, освящен остров сей во славу Единосущныя и Живоначальныя Троицы и в честь Предтечи и Крестителя Спасова Иоанна». В этот же день владыкой в христианство были обращены два шамана, которые добровольно принесли владыке свои бубны и сожгли их на костре.

Вместе с миссионерским станом росло и население. В 1862 году в Чемале уже было 36 домов новокрещеных инородцев, в них проживало около 100 человек.

«Среди архивных документов Миссии сохранилось прошение новокрещеного Комдоша Чайнина, о поселении его семьи в «Христианском селении Чемале». Новокрещеный не просто просился на поселение в Чемал, но и мотивировал свое прошение тем, что, проживая среди некрещеных родственников, он легко соблазнялся недружелюбными наушениями в адрес миссионеров и Церкви. Даже готов был отказаться от христианства и вернуться в язычество. Но Комдош, принося покаяние в своих неразумных действиях, попытке отказаться от христианства, просил прощения и выражал обязательство впредь «не слушать подобных внушений». Прошение его было удовлетварено.

Шло время, и старая церквушка Иоанно-Богословского храма ветшала и уже не могла вмещать всех желающих. Иконостас храма в 1875 году был перенесен в новый просторный храм, освященный во имя святителя Николая, а сама церковь пустовала, в ней жил отец Макарий - будущий митрополит, вернувшийся к тому времени на Алтай.

Со временем на месте Чемальского стана возник детский приют, а на о. Патмос келья. Митрополит Макарий впроть до своего второго отъезда, проявлял особую заботу о приюте и об общине, направлял приюту значительные личные пожертвования, помогал в оборудовании приютской школы. В небольшой келье на острове Патмос он любил уединяться и молиться. А Иоанно-Богословский храм в это время стал молитвенным домом.

В 1914 году, в летние месяцы, владыка Макарий уже митрополит Московский и Коломенский, снова побывал на Алтае. Особенно долго он находится в Чемале. В это время в Чемальском стане был достроен уже новый, большой и красивый храм в честь иконы Божьей Матери «Всех скорбящих Радость», который был освящен владыкой Макарием в этот его приезд на Алтай. Миссия Макария коснулась старого Иоанно-Богословского храма. В 1915 году его было решено перенести на остров Патмос, так, первый Чемальский храм Иоанна Богослова, в котором молились и жили многие алтайские священнослужители, в том числе и отец Макарий, будущий митрополит, обрел новую жизнь. Прихожане расчистили в скале соответствующего размера площадку, на которой и установили храм. Его торжественное освящение было совершено епископом Бийским Иннокентием ровно через 60 лет после освящения острова Патмос епископом Парфением – 9 августа 1915 года. Стоит отметить тот факт, что «точное совпадение даты освящений острова и перенесенного на остров старого Иоанно-Богословского храма не было преднамеренным и было выявлено позже». Не был богат, ярок и красив старый храм, водруженный на острове. Но бесконечно был он дорог всем православным как памятник молитвенных подвигов и поистине апостольских трудов митрополита Макария. Храм стал местом молитвы и паломничества многих и многих православных людей.

В 1916 году накануне трагических событий, Святитель Макарий, несмотря на уже преклонный к этому времени возраст, вновь прибыл из Москвы на Алтай. Не мог святитель не порадоваться тому, что остров, его столь любимый Патмос, не забывают чемальцы, и что теперь там стоит памятный ему с давних времен храм. «Остался митрополит в Чемале на целый месяц. Ежедневно удалялся он на остров на два-три часа и молил Бога о благословении земле и людям Алтая».

В 1925 году Чемальская обшина была закрыта, а в конце 20-х годов снесен Иоано-Богословский храм на о. Патмос. С 30 -х годов и до1988 года во всей Горно-Алтайской автономной области не было ни одного действующего храма, «однако Церковь Христова была жива».

В 80-е годы отношения между государством и Церковью постепенно теплеют, и жители г. Горно-Алтайска начинают добиваться разрешения на строительство храма. К 1988 году удается достичь согласия властей, и, при активной помощи Бийского Свято-Успенского прихода между улицами Трудовой и им. А. Матросова начинается строительство Преображенской церкви. «Бабушки, наскучавшиеся по церковной службе, денно и нощно трудились на стройке, помогая и воодушевляясь примером, который являли Бийские священники». 30 августа 1988 в Горно-Алтайск прибыл Настоятель прихода, священник Ростислав Кирашук. Богослужения стали совершаться регулярно, вначале в молитвенном доме, а с 24 октября 1989 года - в храме. Малое освящение совершали протоиерей Николай Войтович, архимандрит Ермоген (Росицкий) и иерей Ростислав Кирашук. Великое освящение Преображенской церкви совершил епископ Новосибирский и Барнаульский Тихон 18 августа 1991 года. Уже в январе 1992 года в Горно-Алтайске открывается Воскресная школа. Первые полгода ее занятия проходили в аудиториях физико-математического факультета Горно-Алтайского государственного университета, а сегодня Воскресные школы открыты, практически на всех Приходах, где совершается Богослужение регулярно. Так же, в 1992 были открыты Приходы в Усть-Коксе и Чемале, в 1993 в – Турочаке, Балыктуюле, Онгудае, а в 1994 году, с образованием Барнаульской Епархии Республика Алтай стала отдельным «благочинническим округом».

Возвращаясь к истории первого православного храма Чемала, радостно сообщить, что он был восстановлен, а 10 января 2001 года - освящен епископом Барнаульским и Алтайским Антонием и передан Барнаульскому Знаменскому женскому монастырю.

Итак, можно казать, что, несмотря на исконное верование алтайцев – шаманизм, православие достаточно быстро и безболезненно внедрилось духовный мир населения Горного Алтая.

 

 
 
 
 

Популярные  новости

Обратная  связь

Все вопросы об Активных турах по Горному Алтаю, деятельности клуба "Маяк Алтая" Вы можете задать по телефонам:

  • 8 925 700 03 02 - Москва
  • 8 963 518 80 60 - Алтай
  • 8 904 327 25 90 - Омск
  • 8 951 714 48 48 - Смоленск
  • ICQ: 492685565
  • E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
  • E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
  • ВКОНТАКТЕ: группа "Конные походы по горному Алтаю"